Бандитов расстреливали на трассах

Опубликовано: 14/10/2013 - 08:21

В конце 1990-х в Беларуси правоохранительными органами по приказу президента были созданы специальные неформальные силовые группы, которые занимались ликвидацией существовавших тогда организованных преступных группировок и лидеров криминального сообщества – без суда и следствия, расстреливая и закапывая прямо в лесу. Об этом Александр Лукашенко впервые прямо признался на пресс-конференции для российских СМИ, состоявшейся в Минске. 

Слухи о таких «Эскадронах смерти» ходили давно, однако впервые этот факт публично признал глава страны.

11 октября в Минске состоялась более чем пятичасовая пресс-конференция, которой завершилась длительная поездка по Беларуси большой группы журналистов региональных СМИ из России. Такие пресс-туры проводятся ежегодно. Всего в нынешнем мероприятии приняли участие 90 журналистов, которые представляли более 70 СМИ.

Практически в самом начале пресс-конференциии белорусскому президенту пришлось отвечать на вопрос о том, почему в Беларуси до сих пор не отменена смертная казнь. В ходе пространного монолога Александр Лукашенко заявил, что не виновен в том, что Беларусь – это сегодня единственная европейская страна, в которой действует и применяется смертная казнь.

«Я не считаю, что это хорошо. Но не я виноват, не я причина, что она сохраняется, потому что есть в стране процессы такие, когда нужно применять смертную казнь. Возьмите теракт в метро. В нашей стране, в Беларуси. Какое они имеют право жить, когда погибли люди в этом метро. И он это делал умышленно, к примеру?», – высказал мнение глава белорусского государства. По его словам, смертная казнь нужна в стране, чтобы поддерживать в ней порядок и не давать бандитам разгуляться.

Но главным откровением президента стало признание того, что в Беларуси в конце 90-х существовали «эскадроны смерти», которые занимались уничтожением белорусских и заезжих ОПГ. По словам Лукашенко, когда он стал президентом, то столкнулся с разгулом бандитизма в стране. И очень уверенно бандиты себя чувствовали на белорусской транзитной трассе М1 (Москва-Брест-Берлин).

«Когда я стал президентом, Советский Союз только развалился, и самая страшная была беда: страна транзитная, надо было обеспечить безопасность. На трассе Москва-Минск-Берлин я столкнулся в первый раз, как президент, с этим бандитизмом. Мне приходят, докладывают: там остановили машину – убили водителя, машину забрали. Тогда же не было столько Мерседесов, как сейчас, это было редкостью. Бандиты сразу глаз на эти автомобили положили и их хозяев. Они видят – Мерседес или Ауди едет – останавливали под видом милиции. Если сопротивлялись – могли и убить или искалечить. Автомобиль и все что в нем – забирали», – рассказал Лукашенко.

«Я вынужден был принять радикальное решение. Мы собрали несколько наших групп, взяли крутые автомобили и устроили ловушку на этой трассе. Всех, кто сопротивлялся, расстреливали на месте. Три группы таких уничтожили, четвертой не было. Может это слишком. Но я не увидел другого выхода, как дать в морду. В сортире не мочили, но в морду дали. Бандит понимает, только когда ты с ним разговариваешь на его языке», – заявил президент.

Впрочем, одними дорожными бандитами дело не ограничилось. В конце 90-х в Беларуси произошло резкое падение уровня организованной преступности – и без особого роста числа уголовных процессов по таким делам. В то же самое время бесследно исчез целый ряд местных «воров в законе», в том числе их лидер – «Щавлик». Тогда же и поползли первые слухи про созданные властями «эскадроны смерти».

Лукашенко утверждает, что именно по этой причине теперь российские бандиты боятся ехать в Беларусь. «Лет восемь назад мы контролировали какую-то бандитскую группу, серьезно контролировали по всем направлениям. И мне наш прежний министр внутренних дел дал оперативную информацию: этот бандит, который у нас сидит, договаривается со своим коллегой в Москве. И у них разговор шел о какой-то сходке, наши их пригласили приехать в Беларусь, – рассказал Лукашенко. – А московские им говорят: вы что, совсем сдурели, у вас же там этот ненормальный и законов нет, поэтому мы не поедем».

На самом деле и ранее было известно о существовании в Беларуси (по крайней мере, в то время) «эскадронов смерти», сформированных из преданных президенту силовиков нижнего и среднего уровня. Получается, Лукашенко ничего нового не сказал; то, что государство приложило руку к «пропаже» многих представителей преступного мира, сами власти никогда и не отрицали. Хотя и не подтверждали.

Еще 14 июня 2001 года все белорусские СМИ получили фотокопии документов, свидетельствующих о том, что несколькими годами ранее в Минске была создана спецгруппа для устранения неугодных власти людей. Данную информацию распространили бывшие следователи прокуратуры Беларуси Олег Случек и Дмитрий Петрушкевич, находящиеся сейчас в Вашингтоне. Эти два белорусских следователя добились получения политического убежища в США, ссылаясь на возможную угрозу их жизни на территории Беларуси.

Впрочем, в ходе все той же пресс-конференции белорусский президент перечислил еще несколько ярких примеров того, как белорусские власти решают криминальные проблемы в стране недостаточно правовыми методами. В частности, Лукашенко привел пример недавнего ограбления, жертвой которого стал сын некого его знакомого, предположительно – бизнесмена Александра Шакутина. «С нами во время поездки в Сочи находился один добрый человек, которого я знаю давно, смотрю, сидит нос повесив, начинает рассказывать: да вот четверо ворвались в квартиру к его сыну с оружием, связали, на пол положили, что-то из денег забрали и так далее. Притом не в масках – в открытую, – рассказал белорусский президент. – Это – уникальный случай, редко бывает в Беларуси. Я сразу же позвонил министру внутренних дел, говорю: к моему приезду эти люди должны быть найдены. Это – вопиющий факт, и на это надо реагировать публично и жесточайшим образом. Через четыре дня эти люди были найдены, хотя это было не так просто. Сейчас они ждут жесточайшего наказания».

Лукашенко припомнил: когда-то давно были конфликты на белорусских рынках, и поступали жалобы на то, что «люди кавказской национальности (у нас правда так не говорят, но я ваш термин использую) плохо себя ведут» – и рассказал, как он решил эту проблему.

По его словам, в Службе охраны президента Беларуси некогда работал чеченец, который после начала Чеченской войны в России решил покинуть службу, чтобы у Лукашенко не возникло проблем, но пообещал «сделать добро», если у руководителя республики возникнет потребность в его услугах. Лукашенко приказал разыскать своего бывшего охранника и поручил решить ему проблему конфликтов с кавказцами на рынках, и он быстро справился с этой задачей – за неделю.

«С тех пор я ни одной жалобы не слышу. Мне потом сказали – он там по своим каналам разобрался, что они стали самыми вежливыми и знали, где они находятся. Ну, я позже спросил: Что он там говорил?. Он пришел: Вы знаете президента? Знаете. Меня тоже знаете – я его человек. Если президент махнёт – не только шапок, ни у кого головы не останется. Поняли? Поняли. Работайте честно», – рассказал Лукашенко, отметив, что данный эпизод, возможно, относится не к чеченцам, а к азербайджанцам, доминирующим в торговле на белорусских рынках.

Еще одной темой из той же серии стал ответ президента на заданный ему вопрос о минских казино. «Когда игорный бизнес запретили в Москве, то у нас тоже нашлось много желающих ввести аналогичный запрет, – рассказал Лукашенко. – Но я сказал нет. Давайте посмотрим, принесут ли игорные заведения ущерб. Оказалось, что эти заведения не стали у нас криминальными центрами. Знаю, что многие из Москвы прилетают в Минск, оставляя здесь немалые деньги. Пока мы не видим в этом беды».

При этом Лукашенко оговорился, что контролировать тоже есть что. «Недавно арестовали несколько человек в каком-то казино. Это приехали москвичи и, подвыпив, потребовали девочек. У нас с этим жестко. В борьбе с торговлей людьми мы в мире – лидеры. Не то что мы каждую девчонку удерживаем руками, но и не позволяем организовывать банду с целью поставок их за рубеж. В общем, побежали эти москвичи искать девочек и прямо в камеру забежали. Мы контролируем игорный бизнес, но не запрещаем», – заявил он.

«Преступность представляет угрозу обществу, только если она сливается с властью. Все остальные случаи легко решаются с помощью обычной оперативной работы и Уголовного кодекса, – напоминает Михаил Пегасов, эксперт охранного агентства «Cлужба Безопасности Ветеранов Спецназа» (Иркутск). – Можно вспомнить, что по России уже два десятка лет ходят легенды об аналогичных «эскадронах смерти», объединяемых под общим названием «Белая Стрела». Эту тему уже вовсю использует кино: «Белая Стрела» упоминается в двух десятках художественных фильмов, включая сериал «Бригада». Но официально никогда не признавалось существование в России чего-либо подобного. Это городская легенда, не более того»

Комментарий эксперта

«На самом деле в этих словах никакой сенсации нет. Лукашенко лишь подтвердил то, что было известно и ранее. Об том, что «комитет отстреливает воров» говорили на рынках по всей Беларуси. Если признание Лукашенко стало сенсацией для политиков и правозащитников, это свидетельствует не в их пользу, – считает Андрей Поротников, руководитель аналитического проекта Belarus Security Blog. – Первая половина 90-х характеризуется развалом системы государственного управления на всем постсоветском пространстве. В том числе и правоохранительной сферы. В Беларуси это имело специфику в силу транзитного статуса страны. Бандиты (в том числе и приезжие из других стран СНГ) «оседлали» все международные трассы. Охотились на перегонщиков и челноков. Причем, если местные быстро поделили трассы и ограничивались мздой за проезд, то приезжие занимались открытым беспределом. Многие из тех, кто без вести пропал в тот период, везя товар или перегоняя машину из Польши, стали жертвами гастролеров. В стране сложился рынок оружия: одни покупали, чтобы защищаться, другие чтобы «зарабатывать». Оружием торговали даже в центре Минска на Комаровском рынке. Закон не работал, уровень государственного управления был крайне низок.

В такой ситуации чрезвычайные меры были оправданы. Расплатой за промедление и отвлечение на формальности были бы чьи-то жизни. В общем-то в той ситуации такая охота на живца, про что рассказал Лукашенко, была абсолютно оправдана. Хотя местами и не законна. Но по вопросу необходимости жесткого государственного террора в отношении организованной преступности в белорусском обществе и элитах (включая, уверен, и большую часть оппозиции ) – полный консенсус»

Справка БДГ

Согласно энциклопедии, «эскадроны смерти» (исп. los escuadrones de la muerte) – это подразделения, создаваемые или поощряемые государством для похищения, уничтожения и запугивания преступников, оппозиции и враждебных элементов. Эта деятельность ведется в законспирированном режиме, связь с государственными органами отрицается как самим государством, так и их участниками.

Термин появился в Латинской Америке в 1960-х годах. Первоначально использовался как обобщенное название организаций «Белая рука», «Эскадрон Смерти», «Сальвадорская антикоммунистическая бригада», «Карибский легион», «Центральноамериканский антикоммунистический фронт», «Око за око», «Пурпурная роза», «Новая антикоммунистическая организация», «Аргентинский Антикоммунистический Альянс» и ряда других, в большинстве своём действовавших в Гватемале и Сальвадоре. В этих странах создавались негосударственные (по крайней мере, официально) вооружённые отряды для противодействия организованным преступникам, партизанам и подпольщикам в период, когда усилилось левое революционное движение и началась гражданская война. Ведущую роль сыграли латифундисты, против которых и был направлен партизанский террор.

Оцените эту статью: 
Средняя: 5 (10 оценок)
Загрузка...
Loading...
Яндекс.Метрика