Деревообработка в Беларуси: грядет год потерь?

Опубликовано: 28/12/2015 - 09:40

Белорусская лесная отрасль оказалась в затруднительном положении. Вступает в действие президентский запрет на экспорт необработанной древесины. А отечественные деревообрабатывающие предприятия не в состоянии «поглотить» весь объем заготавливаемого леса. Значит, лесхозам придется сокращать объемы работы – и нести убытки.

С 1 января 2016 года Беларусь прекращает экспорт балансовой древесины, а также прочей необработанной древесины. Разрешен только экспорт продуктов деревообработки с высокой добавленной стоимостью.

Решение запретить низкодоходный экспорт необработанного леса было принято в середине 2014 года, в разгар кампании по модернизации предприятий деревообработки. 19 августа 2014 года, посещая Республиканский лесной селекционно-семеноводческий центр, президент Беларуси Александр Лукашенко поинтересовался, все ли возможные объемы древесины перерабатываются на белорусских предприятиях. Министр лесного хозяйства Михаил Амельянович ответил, что в 2013 году было экспортировано низкосортной древесины на $140 млн.

«Если тебе капиталисты платят $150 млн в год за этот хлам, значит, он там нужен, и они получают, как минимум, столько же в карман доходов. Почему мы не можем получить это в стране? – отреагировал глава государства. – Давайте договоримся: этот и будущий год вы еще барахтаетесь, а с 2016 года – у вас полный запрет на поставки древесины за пределы страны. С 1 января 2016 года вы сырье за пределы страны не поставляете! Только с высокой добавленной стоимостью».

С одной стороны, президентский подход был понятен: и государству, и предприятиям более выгодно продавать за границу не спиленный лес, а произведенную из него продукцию с большей глубиной обработки. В тот момент предполагалось, что запущенные государством инвестпроекты по модернизации предприятий белорусского деревоперерабатывающего комплекса дадут должный эффект – и Беларусь резко увеличит выпуск мебели, стройматериалов и прочей продукции из древесины.

Однако модернизация деревообрабатывающей отрасли – речь идет о девяти крупных государственных деревообрабатывающих предприятиях – не просто провалилась, но даже стала своего рода «притчей во языцах». По разным данным и экспертным оценкам, на их поддержку и техническое перевооружение государство за последние шесть лет в разных формах потратило около одного миллиарда евро (а с учетом проектов, реализуемых иностранными инвесторами, – более 2 млрд евро). Однако и сегодня все девять госпредприятий работают с нулевой рентабельностью, а их модернизация сопровождалась публичными скандалами, уголовными и административными делами. При этом частные предприятия, действующие в том же сегменте, работают с прибылью, так как себестоимость их продукции заметно ниже.

Но теперь перед отраслью встала проблема. На 2016 год в Беларуси запланировано заготовить 15,2 млн куб. м круглого леса. По прогнозным данным госконцерна Беллесбумпром, в 2016 году общее потребление необработанной древесины в стране составит 13 млн кубометров. Предприятия концерна планируют использовать около 6 млн кубометров, остальное переработают частные компании. Но «зависают» около двух миллионов кубометров древесины – 15% прогнозного потребления на 2016 год. За рубеж их продать нельзя – президентский указ не позволяет, – а отечественная деревообработка их просто не сможет освоить.

В этой ситуации лесозаготовителям остается одно: сократить объемы рубки леса, чтобы не потерять сырье на лесных складах из-за отсутствия внутреннего спроса. По оценке информагентства Sputnik, это приведет тому, что в 2016-м потери лесной отрасли Беларуси составят порядка $100 млн. Возникнет своего рода «цепная реакция»: меньше денег заработают лесхозы – ухудшится обслуживание банковских кредитов и договоров с лизинговыми компаниями, которые финансировали (по указанию правительства) закупку лесозаготовительной техники белорусского производства.

Ситуация может выправиться в 2017-м, когда начнет работу Светлогорский ЦКК (целлюлозно-картонный комбинат). После запуска на проектную мощность комбинат будет перерабатывать до 2,4 млн кубометров древесины в форме технологической щепы. Однако до того времени, если президент не скорректирует свое решение, отрасль ждет провал по доходам.

Решить проблему могли бы частные компании, занимающиеся деревообработкой. Однако они не спешат проявлять активность: с момента начала всей кампании по модернизации деревообработки они оказались «нежеланными детьми» для государства. Ведь роль флагманов отрасли президент отвел крупным госпредприятиям.

«С момента, как началась вся эта модернизация деревообработки, работать стало намного тяжелее. Если раньше мы могли у лесхоза спокойно купить ту древесину, которая нам была нужна, то в какой-то момент все стали контролировать районные власти, – рассказал БДГ Франц Кондрусевич, замдиректора небольшой частной лесопилки в Кобринском районе. – Директора лесхозов нам так и говорили – мол, у нас строгое распоряжение, чтобы весь качественный лес отправлять госпредприятиям – «Пинскдрев», «Ивацевичидрев». А частникам отдавать только то, что останется. В результате по области обанкротилась уже половина таких производств, как наше. Хотя эффективность работы у нас выше. Потому что у нас 20 человек делают столько же, сколько на «Пинскдреве» – 200».

Как признал в середине 2015-го премьер-министр Беларуси Андрей Кобяков, по девяти предприятиям концерна «Беллесбумпром» – тем самым, которые модернизировались за государственный счет, – совокупный объем задолженности перед банками составляет более Br15 трлн. При этом только завод «Ивацевичидрев» (его задолженность – около Br1,7 трлн) показывает относительно стабильную работу.

В результате в мае 2015-го Александр Лукашенко был вынужден подписать указ об очередной реструктуризации долгов ряда предприятий деревообработки. В противном случае, как считают эксперты, эти предприятия просто остановились бы. А многие из них – градообразующие для небольших населенных пунктов, райцентров. То есть без средств к существованию осталось бы множество людей.

Между тем, просвета для белорусских предприятий не предвидится. Одна из причин – падение цен на стройматериалы из древесины как на внешнем, так и на внутреннем рынке. 18 июня 2015-го на президентском совещании по актуальным вопросам развития организаций деревообработки Андрей Кобяков заявил: «Движению вперед на модернизированных мощностях мешает закредитованность и обвальная ситуация с ценами на внешних рынках. Как следствие – низкие цены и на внутреннем рынке. Так, цены на ДСП за период с VI квартала 2013 года по II квартал 2015-го снизились почти в два раза».

«Нынешняя ситуация в деревообработке – диагноз не только промышленности, но и управленческому корпусу. Проблемы модернизации деревообработки, о которых неоднократно писала пресса (не заказали оборудование, заказали оборудование разных производителей, несовместимое между собой), на частных предприятиях трудно себе представить. Это проблемы государственного управления экономикой, – считает экономист Лев Марголин. – Для модернизации выбрана такая отрасль, где споткнуться, казалось бы, невозможно: сырье – свое, оборудования в мире – навалом, технологии тоже известны. Беспроигрышный вариант. Но чиновничество восприняло модернизацию деревообработки как большой пирог, от которого можно даже не откусить – отрезать большой ломоть».

Оцените эту статью: 
Средняя: 4.9 (18 оценок)

Новости по теме

Яндекс.Метрика