“Газовый гешефт” - всё: исчезает одна из опор современной белорусской экономики

Опубликовано: 12/04/2016 - 18:16
Цена газа

Россия не согласилась снизить для Беларуси цену на природный газ до той, при которой сохранялись бы для Беларуси прежние, уже привычные, заработки, основанные именно на ценовой разнице. И которые на значительных, относительно размера экономики Беларуси, объемах импорта газа являлись одной из столпов нынешней белорусской экономической модели.

А доходы - прямые (экспорт по мировой цене товаров, изготовленных из дешевого природного газа или с использованием природного газа) и косвенные (экономия средств при использовании более дешевого природного газа на внутренние потребности) составляли несколько миллиардов долларов в год.

Газовые доходы были вторыми по значимости для Беларуси после нефтяных, основанных на том же - на ценовой преференции со стороны России, которая таким образом удерживала Беларусь в орбите своего политического, экономического и информационно-идеологического влияния, посчитав, видимо, что этот «пряник» для Беларуси, в конечном счете, обойдется России дешевле, чем «кнут», который применялся в отношении Украины.

Что, в общем-то, и оправдалось: «расходы на Беларусь» в виде ценовых преференций, свободного ввоза товаров (давшей возможность банальной перепродаже товаров из третьих стран и даже контрабанде) и возможности участвовать в госпрограммах, составившие за все время не менее $100 млрд даже с учетом того, что Россия получила более дешевый транзит нефти и газа в Европу, оказались намного меньше тех потерь, которые Россия несет сейчас по Украине - финансовых, экономических, репутационных, и даже человеческих (хотя последнее Россию волнует, как оказалось, меньше всего).

Разница между «пряником» для Беларуси и «кнутом» для Украины в газовой сфере состояла в различиях экспортных цен на природный газ: в Беларусь газ из России поступал по цене, близкой к его цене в самой России (формула цены: стоимость газа в Ямало-Ненецком округе РФ плюс цена доставки до Беларуси), в Украину - даже выше среднеевропейской (то же - и в отношении стран Балтии и Польши). И это несмотря на то, что Украина граничит с Россией, и, значит, последней не надо нести расходы на транспортировку газа, платить за транзит, в отличие от поставок в Западную Европу. Формула цены для Украины - привязка к нефтяным эквивалентам, долгосрочный контракт.

В Европу же начал поступать газ более дешевый и "удобный": США резко снизили импорт газа благодаря «сланцевой революции» (тем самым сократив глобальный спрос), появился флот, перевозящий большие объемы природного газа, и береговые пункты его приема (дало возможность диверсификации поставок, создания спотового рынка газа вместо «привязки к газовой трубе» на основе долгосрочных контрактов), а некогда разобщенная газотранспортная система Европы лишилась национальных барьеров и влияния газодобывающих компаний - благодаря 3-му энергопакету ЕС.

Кроме этого, начали давать первые плоды программы поддержки альтернативной энергетики в Европе, не связанные с сжиганием углеводородов - это уменьшает объем потребностей в природном газе.

Украина же до недавнего времени была всецело привязана к единственному поставщику природного газа - России, что и позволяло последней применять «газовый кнут» - ценой и вентилем, причем вполне законно, основываясь на договоре 2009-го года в области поставок газа.

Тогда, в 2009-ом году, нефть (а, следовательно, и газ) сильно упали в цене на фоне мирового кризиса, а «сланцевая революция» еще только зарождалась, поэтому тот договор, как казалось на тот момент, был выгоден Украине:  средняя цена на российский газ для Украины на 2009-й год была согласована в конце 2008-го на уровне $235/тыс.м3, но составила, в итоге, 198 $/тыс.м3 (с учетом поставок из других стран - $210) при сложившейся в том году среднеевропейской на уровне $250. В 2008-м же цена газа в Европе была более $450.

Но последующее восстановление нефтяных цен почти до уровня почти докризисного 2008-го привели к удорожанию газа для Украины до более чем 400 $/тыс.м3, и это уже стало выше, чем стоимость газа для Западной Европы: как выше сказано, европейский рынок газа принципиально изменился (уже в 2009-ом году спотовый рынок газа удвоился и объемы поставок по спотовым контрактам стали приближаться к объемам продаж Газпрома в страны ЕС и Турцию), и Россия, начав было терять долю в рынке, пошла на снижение цен, отвязав цену на газ от цены на нефть - согласившись на изменения ранее заключенных долгосрочных контрактов. 

В Украине же все осталось по-прежнему: монополист Газпром держал цену на основе договора от 2009-го, по которому газовые цены привязаны к нефтяным, что и привело к цене на газ выше европейской. И теперь Украине стало выгодней покупать российский же газ в Европе, получая, при этом, еще и плату за транзит его по своей территории. Газпром, естественно, поначалу настаивал на соблюдении контракта, по которому цена на газ для Украины была бы в 2014-ом под 380 $/тыс.м3, но позже установил скидку в $100. Украина же настаивала на новом контракте.

Стороны не договорились, и, в итоге, Россия отменила скидку, а Украина начала сокращать закупку газа непосредственно в России, доведя ее долю 2015-ом до 37% в общем объеме импорта газа, а в 2016-ом - до нуля. То есть сейчас весь газ в Украину поступает через западную границу после прохождения его по территории Украины - дешевле, чем был бы газ непосредственно из России по контракту от 2009-го, хотя и несколько дороже среднеевропейских цен, но с учетом поступлений от его транзита - дешевле.

В Беларусь же газ поступал из России по льготным ценам: Газпром в период 2007-10 гг приобрел 50% Белтрансгаза, и «в благодарность» на несколько лет снизил цену на газ. Но эта льгота перестала быть существенной уже с 2011-го года, и лишь после продажи 2-й половины Белтрансгаза цена природного газа для Беларуси стала намного ниже европейской.

Разница в цене для Беларуси по сравнению с среднеевропейской ценой или украинской была в 2009-ом году существенной - на 40% меньше европейской и на 25% ниже украинской, но к 2011-му сильно упала - до 25% ниже европейской и до 15% - украинской.  И только после окончательной продажи Белтрансгаза новый договор с Газпромом позволил не просто восстановить ценовые преференции, но и увеличить их: в 2012-ом году газ России для Беларуси был более чем в 2 раза дешевле, чем для Западной Европы, и в 2,5 раза - чем для Украины.

Но глобальное падение цен на нефть, начавшееся в 2014-ом, не привело к соответствующему снижению цены на газ для Беларуси. И если в 2012-13 годах Беларусь на каждых 1000 м3 газа экономила более чем $200, то в 2015-ом - уже лишь $100, а в 2016-ом, исходя из данных Белстата за январь, выигрыш Беларуси не составит и $50.

В январе Беларусь импортировала газ из России по 136 $/тыс.м3, когда как в Европу Газпром в I квартале продавал по $180 (со слов председателя совета директоров газового холдинга Виктора Зубкова), то есть, белорусская льгота составляет $44 на каждой тысяче м3 газа.  Для восстановления уровня «льготности» газа для Беларуси как в 2015-ом (на $100 дешевле, чем для Европы) цена для Беларуси, таким образом, должна быть ниже на $56, то есть составлять 80 $/тыс.м3.

Именно эту цену ($80) и требует Беларусь от Газпрома (устами премьер-министра Беларуси А.Кобякова), основываясь на том, что долларовая цена на газ в самой России упала вдвое вследствие девальвации российской валюты (средняя по России оптовая цена на природный газ в 2016-ом году составит около Rr4000/тыс. м3, что в $-эквиваленте - $55-60), и с учетом транспортировки ее в Беларусь (такова формула расчета цены для Беларуси) она как раз и должна стоить $80. Газпром не соглашается.

Чтобы оценить суммы, которые Беларусь экономит на льготной цене на газ (а при экспорте продукции из  природного газа или с использованием его, который идет уже по мировым ценам - можно говорить о прямом доходе), нужно знать объем импорта природного газа в Беларусь.

По удельному импорту природного газа Беларусь находится на одном из первых мест в мире. В 2014-ом году впервые Беларусь закупила газа больше, чем Украина, которая раньше входила в 10-ку крупнейших импортеров в мире. А в 2015-ом уже и удельный расход газа на производство единицы ВВП в Беларуси стал больше, чем в Украине (с учетом потребления ею газа собственной добычи).

В 2016-ом в Беларуси планируется увеличить импорт газа до 22,5 млрд м3, в Украине - сократить до 11-13 млрд м3, а с учетом своего газа - уменьшить газопотребление до 31 млрд м3. При этом ВВП Беларуси в 2016-ом составит номинально ок. $50 млрд, а Украине - ок. $100 млрд в эквиваленте.

Для сравнения, Польша потребляет порядка 15 млрд м3 газа при размере ВВП в $475 млрд , а Германия - 80 млрд м3 при ВВП $3,357 трлн. Таким образом, удельный расход природного газа на $1 созданного ВВП в Германии - 0,024, в Польше - 0,032, в Украине - 0,310, в Беларуси - 0,450.

Как видим, удельное потребление природного газа, которого нет в недрах Беларуси, значительно выше нормы энергетической безопасности. Однако белорусские власти это не только не волнует, а даже рост импорта планируют увеличить. Понятно, что при падающей экономике и сокращающемся производстве объем потребления газа внутри страны не может увеличиться. Весь дополнительный объем импорта, значит, пойдет, после переработки, на экспорт.

Принцип заработка - тот же, что в нефтяной отрасли, где Беларусь зарабатывает исключительно на том, что нефть в страну идет по внутрироссийской цене, а нефтепродукты из страны - по среднеевропейской. В результате чего все расходы на потребляемое в стране топливо (на импорт и переработку) полностью окупается доходами от экспортно-импортных операций, основанными на разнице в ценах импорта и экспорта.

Размер ценовой преференции на газ со стороны России относительно европейских цен, умноженный на объем импорта газа - и есть сумма интеграционного «гешефта» Беларуси в газовом секторе. И, судя по нижеприведенной диаграмме, он не просто снижается, а исключается: в 2012-13 гг. валовый выигрыш Беларуси от тогдашней разницы в ценах на газ в сравнении со среднеевропейскими ценами (более $200 на каждые 1000 м3) при тех ежегодных объемах импорта (20,3 млн м3) составлял более $4 млрд в год экономии - при внутреннем потреблении, и прямого дохода - при экспорте продуктов с использованием природного газа при их производстве.

Падение же цен на газ в Европе привело к существенному сокращению «гешефта»: разница в цене стала уже не такой значительной, и валовый ценовой выигрыш даже на прежних объемах начал снижаться. В 2015-ом он составил уже менее $2 млрд за год. А в 2016-ом грозит сократиться до менее чем $1 млрд: если среднегодовая цена для Беларуси останется на уровне менее $140 за тыс. м3, при том, что в Европу Газпром прогнозирует продавать по $180, то на заявленных на этот год объемах импорта Беларусь выиграет не более $800 млн.

“Газовый гешефт” Беларуси составлял в отдельные годы до 7% ВВП и был одним из столпов достигнутого уровня жизни белорусов, более высокого, чем тех же украинцев, которые, кроме внутренних, самими же ими созданных, проблем в экономике, непосредственно на себе ощущали «газовый кнут», переплачивая миллиарды долларов ежегодно из-за несправедливой цены российского газа: импорт шел по цене даже выше, чем для западноевропейцев, несмотря на заявленную ранее Газпромом «равнодоходность цен на газ», при которой он должен быть дешевле на величину транзитных расходов.

Учитывая сверхважность цен на газ для сохранения жизнеспособности созданной модели белорусской экономики, правительство Беларуси не устает уговаривать российскую сторону о их снижении, но пока - безрезультатно: сегодня, 12 апреля, российский вице-премьер Аркадий Дворкович заявил: "Мы ведем консультации. Естественно, ни о чем не договорились".

Оцените эту статью: 
Средняя: 4.8 (19 оценок)
Loading...
Яндекс.Метрика