ЕАЭС формирует макроэкономические стандарты

Опубликовано: 19/06/2015 - 08:25

Правительству Беларуси уже в скором времени придется согласовывать экономическую политику (прежде всего – ценовую и валютную) страны с другими странами евразийского союза. На практике это означает утрату части суверенитета, но может стать толчком для проведения экономических реформ.

Разные экономики одной Евразии

Россия, Беларусь и Казахстан последние 20 лет не переставали говорить об интеграции, но свои экономики развивали совершенно разными путями. И сегодня попытка втиснуть их в единые рамки внутри ЕАЭС – это попытка привести к единому знаменателю лебедя, рака и щуку из известной басни.

К тому же каждая из стран считает свой путь единственно верным. Россияне не без оснований называют Беларусь «заповедник социализма». («Беларусь – это та же БССР, только с казино на каждом углу», – такое определение от россиян я слышал сам.) В свою очередь, белорусский президент в публичных выступлениях не забывает упомянуть, что в России «все скупили, разворовали олигархи». Мудрый Назарбаев предпочитает молчать, но созданная при нем экономическая система идеально укладывается в определение «государственный капитализм».

Таможенный союз (ТС) и Единое экономическое пространство (ЕЭП) создавались скорее для облегчения взаимной торговли. Конечно, и в рамках этих структур предпринимались попытки согласовывать макроэкономическую политику. Но на практике выработка неких единых экономических нормативов для Беларуси, России и Казахстана осталась на уровне пожеланий.

В результате до последнего времени экономические показатели в странах Евразийского экономического союза совсем никак не согласовывались. В том числе ключевые – параметры инфляции, темпы девальвации, уровень дефицита бюджета или золотовалютных резервов. Так, например, Беларусь позволяет себе быть евразийским рекордсменом (я сейчас про весь континент, а не про ЕАЭС) по уровню инфляции. Несмотря на формальное административное сдерживание, в 2014 году рост потребительских цен в Беларуси составил 16,2%, тогда как в России – 11,4%, в Казахстане и Армении – 7,4% и 4,6% соответственно. В этом году ситуация повторяется.

Согласовать все

Первый большой шаг к проведению согласованной политики был сделан 8 мая этого года, когда главы Беларуси, Казахстана, России и Армении подписали в Москве Решение высшего евразийского экономического совета «Об основных ориентирах макроэкономической политики государств – членов ЕАЭС на 2015-2016 годы». Прямо сейчас, отталкиваясь от него, Евразийская экономическая комиссия (наднациональный орган союза) готовит перечень конкретных мер по реализации основных направлений макроэкономической политики.

Главным «мотором» продвижения «основных ориентиров» стала Россия. Белорусские чиновники, замечу, о подписанном 8 мая решении стараются не упоминать – зато это делает посол России в Беларуси. Так, 10 июня он заявил журналистам: «Переговоры по формированию единой макроэкономической политики в ЕАЭС ведутся. Будет тот же подход, что и в Европейском союзе: базовая инфляция, дефицит бюджета (в ЕС, например, 3%)». В первую очередь, по его словам, поскольку у ЕАЭС нет единой валюты, следует разумно подходить к вопросам курсообразования. А здесь проблема: так, с января 2014 года по январь 2015-го курс российского рубля к доллару США снизился на 84,4%, белорусский рубль за тот же период потерял 50,3%. Курс армянского драма к доллару США за год снизился на 16,8%, казахстанский тенге девальвировался на 18,5%.

А чтобы снизить инфляцию (сегодня это главная проблема экономик стран ЕАЭС), российские эксперты предлагают резко ограничить рост цен на социально значимые товары.

Кроме валютной и ценовой политик предполагается, что члены ЕАЭС станут согласовывать и другие экономические вопросы – исполнения бюджета, повышения устойчивости банковских систем, роста взаимной торговли.

Втиснуться в рамки ради кредита

Россия традиционно – главный кредитор Беларуси. Это, помимо прочего, означает, что у России есть дополнительные рычаги, используя которые она может заставить руководство Беларуси действовать в русле российской макроэкономической политики. Проще говоря, вся работа кредитного канала будет привязываться к экономическим показателям, перечисленным выше.

Это относится и к привлечению нового кредита от Антикризисного фонда ЕврАзЭС – ведь он примерно на 80% формируется из российских ресурсов, а решение о его выделении принимается. То есть, чтобы получить деньги фонда, Беларуси придется выполнять выставленные кредитором обязательства. Понятно, что суверенитета у Беларуси при этом заметно поубудет – получится, что экономическая политика нашей страны будет во многом определяться в Москве.

Это, конечно, минус. Но и плюсы у подобного расклада просматриваются достаточно очевидные. Во-первых, Россия и Казахстан намного дальше продвинулись в деле построения рыночной экономики, приватизации и развития частного бизнеса. Быть может, совокупное давление Москвы и Астаны в конце концов заставит и Минск взяться за структурные реформы в экономике.

Во вторых, основная задача единой макроэкономической политики – ограничить влияние инфляционных процессов, прежде всего – через сдерживание роста цен. В Беларуси о сдерживании цен много говорят, но инфляция почему-то все равно никуда не девается. Так, может, сдержать ее помогут хотя бы наднациональные обязательства в рамках евразийского союза. Внешний контроль над уровнем нашей инфляции явно помог бы белорусской экономике развиваться.

Вот только пока неясно, как члены ЕАЭС смогут воздействовать на Беларусь, если та не сможет вписаться в отведенные ей рамки макроэкономических параметров. Ведь в евразийском союзе пока нет реальных механизмов принуждения сторон к выполнению достигнутых договоренностей. Но в Москве полагают, что вскоре удастся зафиксировать ответственность за невыполнение странами ЕАЭС согласованных параметров. «Это будет документ Евразийской экономической комиссии, там будут предусмотрены меры как поступить с тем субъектом, который вышел за согласованные параметры макроэкономической политики. Греция, к примеру, вышла за установленные Евросоюзом параметры, ей кредитов новых не дают. Там что-то такое тоже может быть», – сказал журналистам Александр Суриков.

Мнения экспертов

Андрей Поротников, руководитель аналитического проекта Belarus Security Blog:

- Россия не оставляет попыток привязать к себе постсоветские страны. Информационное, оборонное, технологическое, экономическое пространства. Попытка выработать согласованную макроэкономическую политику в рамках ЕАЭС – лишь один из инструментов. Если бы ЕАЭС было чисто экономическим объединением, то это выглядело бы логично как необходимое условие к переходу в будущем на единую валюту. Но относительно этой перспективы все кроме России четко высказались против. Так что здесь, мне кажется, политики больше чем экономики. Следует также помнить, что на постсоветском пространстве привыкли «творчески» подходить к принятым на себя обязательствам. Так что подписать можно что угодно, главное чтобы позднее не пропало желание это исполнять.

Ярослав Романчук, экономист, глава «Центра Мизеса»:

- Принуждение Беларуси к принятию российской макроэкономической политики – это еще более глубокое втягивание нашей страны в зону российского рубля, российских фискальной и регуляторной политики. Кремль придумал, как погрузить Беларусь так глубоко в российские экономические институты, чтобы издержки выхода из них были катастрофическими. Хотите, чтобы российское импортозамещение не было против белорусских товаров? Тогда принимайте наши правила розничной и внешней торговли. Хотите войти в наш госзаказ? Тогда ликвидируйте все препятствия для российских товаров на вашем рынке. Претендуете на реструктуризацию долга и новые кредиты? Тогда копируйте поведение нашего центробанка – и никакой девальвации и льготных кредитов.

Из-за санкций против России вопрос приватизации белорусского «фамильного серебра» россиянами временно снят с повестки дня. Но при этом качество макроэкономической политики самой России можно оценить на двойку. Так что принуждение Кремлем Беларуси к своей монетарной и фискальной политике – это не что иное, как угроза превращения нашей страны в территорию, которая с точки зрения самостоятельности в экономике мало чем будет отличаться от Урала, Башкирии или Татарстана».

Артем Пановозов, преподаватель Российской Академии народного хозяйства (Москва):

- Загвоздка тут в том, что даже тесный политический союз плюс общий рынок плюс единая валюта все равно не уберегают от экономического волюнтаризма. Пример тому – нынешняя ситуация с Грецией, которая может выйти не только из зоны евро, но и Евросоюза – и все из-за своей популистской экономической политики. А, казалось бы, в ЕС механизмы координации макроэкономической политики проработаны намного лучше, чем в ЕАЭС.

Также я сомневаюсь, что выдача кредитов будет увязана с какими-то требованиями по единым экономическим показателям внутри ЕАЭС. На постсоветском пространстве кредиты – вопрос не экономический, а политический. Смотрите: в 2011 году кредитование РБ по линии АКФ ЕврАзЭС было открыто с условием, что Беларусь проведет приватизацию своих ключевых предприятий. Все транши кредита в Минск поступили. А где приватизация?

Оцените эту статью: 
Средняя: 4.6 (11 оценок)
Загрузка...

Новости по теме

Яндекс.Метрика